Он исчез, чтобы возродиться на новом месте, под новым именем

Август 31st, 2011 от admin

Когда я подходил к дому, Алий выводил из своей калитки мотоцикл. Его провожала мать. Лицо женщины было залито слезами. Читать дальше »


— Извини, Киримизе, что плачу при тебе. Да как не плакать, когда все вокруг рушится.
— Мама! — нахмурился Алий.—-Мы ведь обо всем уеловились: плакать с восьми до девяти вечера, остальное время готовиться к переезду. А сейчас утро. Зачем нарушать уго- вор?
— Упрямый мальчишка!..— с нескрываемой гордостью произнесла женщина и скрылась за калиткой.
— С нами же дело обстоит несколько иначе,— проговорил Алий, проводив глазами мать, у нас не будет возможности плакать по вечерам. Поэтому садись, я прокачу тебя по всем самым памятным местам. Заодно и поплачем, а кое-где и посмеемся. И на том покончим, и начнем готовиться к новоселью.
— Спасибо, Алий,— ответил я.— Тебя подпирают дела, Поэтому поезжай. А я поброжу один…
— Что ж, тогда прошу месяца через два ко мне в гости на новое место!
Рванув с места, мотоцикл через минуту испарился в клубах едкой пыли. Мои длинные прогулки по окрестностям, неторопливые беседы со стариками, вечера, проведенные на бахче Гумзага, — все это было подготовкой к переселению. А по ночам я приводил в порядок записи, сделанные в прошлые годы и в конце концов засел за этот своеобразный рассказ-реквием. Да, реквием, хотя порой он и звучит слишком мажорно, а в некоторых местах даже.переходит в марш. Ничего удивительного в этом, дорогой читатель, нет: реквием — это плач по усопшему, а мой аул не умер, он лишь перешел в новое качество. Он исчез, чтобы возродиться на новом месте, под новым именем — город Теучежск. Этот город уже существует, на каждой его улице я могу встретить своих дорогих земляков. А теперь ставлю точку, ибо тороплюсь в магазин — приглашен в новый город на торжество по случаю появления в семье Алия маленького Темиркана. Выбрать же подарок для новорожденного, сами понимаете, дело хоть и приятное, но не из легких.

Важную новость хочу сообщить

Август 31st, 2011 от admin

— Выходит, надо готовиться к переезду? — обреченно осведомился кто-то.
— Выходит— подтвердил председатель.— Но торопиться не следует, времени впереди достаточно, успеем перевезти все, вплоть до могильных плит… Читать дальше »


В это время все заметили в конце улицы Ханю. Она бежала сюда, к собравшимся, размахивая руками, что-то на ходу выкрикивая. Подбежав совсем близко, Ханя остановилась, отдышалась и выпалила:
— Люди, все в порядке! Успокойтесь, моря не будет!
Все, кроме, разумеется, лучше всех знавшего Ханю Лак- шука, окружили женщину.
— Что ты узнала, Ханя, выкладывай,— попросил председатель.— Не томи.
— Важную новость хочу сообщить,— прозвучало на всю площадь.— Только что Тлехузан отправил своему внуку в Москву письмо, в котором приказал ему немедленно прекратить это безобразие с затоплением нашего аула. Так что можно считать, что проект будет переделан.
Обрадованные односельчане заулыбались, зашумели и стали расходиться по домам. Двинулся по направлению к дому и я, но председатель остановил меня вопросом:
— Дорогой Киримизе, ты, случаем, не слышал, где работает внук Тлехузана?
— В каком-то министерстве, что ли… Я с ним незнаком.
— Верно, в министерстве сельского хозяйства. А кем, не знаешь? Нет? А я знаю. Экспедитором, принимает и отправляет почту.
— Значит, приказ деда Тлехузана попадет к адресату своевременно,— попытался пошутить я.
Мы грустно улыбнулись и разошлись.

Пришлось вмешаться мне

Август 31st, 2011 от admin

Почти одновременно со мной с другой стороны площади подошел председатель колхоза Асланук Чох. Его мгновенно окружили, засыпали вопросами, упреками, угрозами.
— Постойте, не все сразу,— взмолился председатель.— Давайте по порядку. Ну вот ты, Инал, что ты хочешь сказать? Читать дальше »


Тлегоруков даже отпрянул. Но тут же овладел собой и бросился в атаку.
— Не одному мне грозят бесчисленные убытки, а всем, поэтому нельзя Допустить, чтобы аул затонул! — выкрикнул он.— А что станется с могилами наших незабвенных предков? Затевается невиданное кощунство!
— Ты ведь всегда говорил, что на-аул и его жителей тебе наплевать, не так ли? Чего же ты вдруг стал таким радетелем о ближних, уважаемый Инал? не скрывая иронии, спросил Асланук.— Или ты решил, что теперь твои интересы совпали с общими.
— Совпали, потому и говорю,— подтвердил толстокожий Инал.— Что нам предоставят в – новом городе? Жалкие однокомнатные квартиры? А где мы установим теплицы?
— Отойди! — вмешался в разговор муж Хани овощевод Лакшук, являвшийся полной противоположностью своей жены.—Теплицы, парники… Аула, тхаматэ, жалко, с могилами родных действительно не хочется расставаться. Может быть, еще не поздно внести поправку, оставить наш аул на берегу?
Пришлось вмешаться мне. Коротко рассказал о рельефе, который, всех нас подвел, о размерах плотины, которая могла бы спасти э от уголок от затопления, ее стоимости. Абсурдность подобной затеи, кажется, понял даже Инал. Ругаясь словами, которых нет в адыгейском языке, он побрел прочь.

Утром я направился к колхозной конторе

Август 31st, 2011 от admin

— А чем пшеница хуже риса? — уже громче возразила Ханя.— В двух наших магазинах рис не переводится. Если не веришь, спроси у своих родных.. Да что вы молчите, будто я говорю неправду,— заметно накаляясь, уже выкрикнула Ханя, обращаясь ко всем сидящим за столом,— подтвердите, что вот уже много лет мы не испытываем недостатка в рисе. Читать дальше »


Ханя глядела на меня так, будто именно я был главным виновником затопления. Вот когда я от всей души посочувствовал инженеру.
— Не думаешь ли ты, Ханя,— осторожно осведомился я,— будто мне очень нравится эта новость?
Сам вопрос и тон, которым он был задан, должен был означать, что я от обороны перехожу к наступлению. Ханя поняла, что тратит порох зря.
— Что же делать? — вздохнула она.— Неужели ты не можешь сказать им там, в Краснодаре или в Майкопе, что риса у нас достаточно? Или ты уже вышел из доверия у начальства?
— Проект создания моря утвержден в Москве,— пояснил я.— Рис нужен всей стране.
— В Москве? — встрепенулась- Ханя.— Послушай, что же ты раньше не сказал, ведь в Москве работает внук Тле- хузана. Побегу к Ачмизовым, уж они-то не допустят, чтобы кто-то превратил наш аул в морское дно. Пусть сейчас же напишут письмо внуку.
Воодушевленная этой идеей, Ханя вылетела за двери. В доме воцарилось тягостное молчание.
Утром я направился к колхозной конторе. Несмотря на воскресный день и ранний час, здесь уже собралось немало народу. Вопреки сложившейся традиции, пришло немало женщин. Оказался тут, как и предвидел Алий, и Инал Тлегоруков, человек, не вмешивавшийся ни в какие аульские дела, промышлявший овощами и скопивший на этом, как говорили, немало денег.

Я сам решил было начать этот неприятный разговор

Август 31st, 2011 от admin

Дома меня ни о чем не спросили. По напряженным, выжидающим лицам близких было ясно, что печальная новость уже дошла до аула, взбудоражила его, но еще не отстоялась,— люди пока не верили в то, что несчастье неотвратимо. Читать дальше »


Я сам решил было начать этот неприятный разговор, как вдруг во дворе зафыркал пес. Через минуту в дверях появилась жена соседа, Ханя, женщина, славившаяся зычным голосом. Стоило ей выведать какую-либо новость, как о ней тотчас узнавал весь аул.Вовремя приехал,— обратилась она прямо ко мне.— Как нельзя кстати! Какие-то сплетники пустили слух, будто на наш аул надвигается потоп-. Успокой, пожалуйста, меня, а я успокою всех остальных.
Говорила Ханя необычно тихо, выглядела совсем не так, как всегда. Можно было смело сказать, что и она была обескуражена. Пока я собирался с мыслями, Ханя чуть слышно добавила:
— Мой старик говорит, что об этом сообщил сам председатель сельсовета, но я ему не поверила — такую нелепицу может нести только пьяный.
— Правду сказал председатель сельсовета,— с трудом выговорил я.—- Строится Кубанское море, и наш аул окажется на его дне. Поэтому для жителей Шапсуга и других затопляемых аулов и станиц на высоком, хорошем месте соорудят целый город. Хороший, красивый, удобный город.
— Земляк! — Ханя едва сдерживала негодование, но говорила все еще тихо.— Как тебе не стыдно повторять эту чепуху. Совсем рядом сотворенное аллахом Черное море, зачем нам еще одно? Кому надо выкупаться, пусть садится на автобус — через два часа он будет у моря…
Я рассказал о рисе, которому нужно много пресной.воды.

Наконец он умолк

Август 31st, 2011 от admin

— А ты что, не знаешь? — глаза Алия засияли.— Будет затоплена вся старая часть аула, и здесь вода остановится. Новостройки в верхней части, возле леса, сохранятся, прямо под ними будут плескаться волны Кубанского моря. Там будет располагаться второе отделение рисосовхоза, куда я и зачислен. Тэтэр Фигумуков сможет в свободное от рисосеяния время прямо из окна забрасывать удочку в море и ловить судаков на завтрак. Читать дальше »


Сообщение Алия как-то скрашивало горечь потери, хоть что-то останется! Видимо, на моем лице появился, проблеск улыбки. Это поощрило Алия на продолжение монолога, имеющего явную цель — разогнать мою тоску. Наконец он умолк, снова уселся и прямо взглянул мне в глаза. О аллах! На ресницах этого ученого-агронома поблескивали крупные, прозрачные слезинки: Алий прощался с детством. Прощался, впрочем, недолго. После короткого молчания, сказал:
— Пора, поехали!
Автобус мы действительно обогнали,— Алий гнал мотоцикл точно так, как его гонят другие мотоциклисты,— со стороны на них глядеть страшно.
— Вот та самая Подкова, на которой старый Осман когда-то заложил сад, помнишь? Ты писал о нем.
Теперь Алий ехал еле-еле. Он поминутно оборачивался и напоминал о событиях, свидетелями которых мы были, и сердца наши стучали все учащенней.
У памятника землякам, отдавшим свою жизнь за свободу и независимость нашей Родины, мы остановились. На мраморе были высечены десятки имен. Бесценная реликвия! Я знал что этот памятник, как и памятники из других затапливаемых населенных пунктов, перевезут и установят в центре нового города. Но будет ли ему там так же просторно?

Строительство дома

Август 31st, 2011 от admin

— Почему старикам? — воскликнул я.— Ты полагаешь, будто расстроены будут одни старики и старухи?
— И еще несколько интеллектуальных девиц,— уточнил Алий.— Но больше всех расстроится. Именно он закатит скандал невиданной силы: уж такую выгодную фабрику овощей ему на новом месте развернуть удастся. Читать дальше »


— Алий! — удивился я.— Неужели тебе не жалко нашего аула?
— Киримизе!—Алий поднялся со стула и зашагал по комнате.— Что же, я, как говорят у русских, Иванушка, не помнящий родства? Приезжая в аул хоть на день, навещаю могилу Темиркана. И. каждый год, в день его смерти, прокручиваю пленку с его наставлениями. И всякий раз понимаю его слова все лучше, всякий раз сверяю свое поведение с его советами и пожеланиями. Умнейшие головы все продумали до мельчайших деталей, взвесили все тонкости рельефа местности, приняли меры для сохранения наиболее ценных сооружений. А какие условия жизни будут созданы в новом городе! Строительство дома, в котором будет жить моя семья, уже идет, о таких удобствах наши аулчане и не мечтали никогда, они просто невозможны в условиях старого аула.
— Ну, я бы не сказал, что новая наша больница или новые дома в Черемушках лишены удобств.

Это все, чему тебя научили в передовом совхозе?

Август 31st, 2011 от admin

— Пора уже тебе, Киримизе, заводить свой транспорт. Автомобиль, если помнишь, не роскошь, а средство передвижения. Лично я обзавелся мотоциклом и домчу тебя до аула вдвое быстрее автобуса. Читать дальше »

Эту дребезжащую колымагу мы обгоним на шестом километре, когда бы она ни ушла. , А сейчас послушай, что такое рис. Это необходимый каждому, от ребенка до старика, продукт питания: зерна риса обладают высокими питательными достоинствами и легкой перевариваемостью. Не буду говорить о необходимых суммах температур, но скажу, что на Кубани они идеальны. Но культура эта имеет одну серьезную особенность: она, подобно небезызвестному в нашем ауле Салеху Троекурову, пьющая, для выращивания риса необходимо огромное количество воды, минеральных удобрений. Но главное — знающие и любящие свое дело люди.
— Это все, чему тебя научили в передовом совхозе? — не очень учтиво перебил я гостя.— Если все, то лучше помолчи.
— Не все, Киримизе. Извини, быть может, я действительно слишком популярно стал разъяснять. Но ведь не позже чем завтра тебе придется все это пересказывать нашим возмущенным старикам и старухам, так что, возможно, пригодится.

Алий прошелся по номеру

Август 31st, 2011 от admin

По тону, которым он это произнес, можно было догадаться, что проблема, внезапно возникшая перед аулом, для него уже давно не является секретом. Читать дальше »


— В аул,— уныло откликнулся я.
Алий прошелся по номеру, потом уселся у стола, вытянув длинные ноги. Его ботинки едва не достигли середины номера.
— Только по правде, Киримизе: ты уверен, что на аул надвигается страшная трагедия? — В глазах Алия засверкали иронические огоньки — так взрослый глядит на третьеклассника, у которого решение задачки не сходится с ответом в конце учебника.
Как ни странно, этот взгляд немного успокоил меня. Мелькнула мысль: может быть, не все еще потеряно, может, Алий осведомлен лучше Демона?
— Рассказывай, как дела, как семья? — уклонился я от ответа.
— Семья в порядке.— Воспоминание о ней озарило его лицо улыбкой, и этот ученый-агроном чем-то напомнил преж- него Алия. — А дела вот какие. Ты знаешь, что после института я не был направлен в родной аул, а получил назначение в рисоводческий совхоз «Красноармейский». Направили туда почти весь курс, и мы не столько работали, сколько учились, изучали многолетний опыт местных рисоводов: это готовили кадры для новых рисосовхозов. Скажу тебе, Киримизе, там было что изучать! Рис — это, дорогой старший товарищ, не пшеница и даже не кукуруза, рис — это комплекс знаний, приемов, навыков, это культура, которая зависит от знаний и трудолюбия человека и, как на экзамене, выявляет их. Рассказать тебе немного о рисоводстве?
— Я собирался на автобус,— напомнил я. — Не помню, когда он отходит?

Как воспримут они ее?

Август 31st, 2011 от admin

Разумеется, далеко не всех огорчит эта внезапная перемена, многих она даже обрадует, особенно молодых. Новые дома в новом городе будут поудобней, люди быстро обживутся, пустят глубокие корни на новом месте. Читать дальше »

А малыши и те, кто появится на свет после переселения, и вовсе не будут знать, каким чудесным был аул Шапсуг, родина их родителей, им не понять, отчего нет-нет да и взгрустнется деду или бабушке. Их ностальгию они будут считать, как и инженер-проектировщик, простительной, но не стоящей сочувствия причудой.
Внезапно мелькнула другая мысль: не позже как сегодня вечером, весть о печальном будущем нашего аула дойдет до моих земляков. Как воспримут они ее? Сердце наполнилось новой тревогой. Трудно будет понять моим землякам, что во всем виноват один лишь рельеф.
На автобус! В аул!
Я быстро собрался, но тут в номер кто-то постучал. Дверь сразу же отворилась, на пороге стоял Алий. Вовремя же он появился! Пожалуй, никогда еще мой молодой друг не был мне так нужен, как сейчас. Еще более вытянувшийся, совсем взрослый, с бронзовым от постоянного пребывания на солнце лицом, Алий уже ничем не напоминал того мальчишку, который когда-то сопровождал меня в моих прогулках по окрестностям аула. В его дипломе значилось, что он теперь — агроном.
— В аул? — не осведомился, а констатировал он.

Перед глазами возник тысячелетний дуб

Август 31st, 2011 от admin

Аппетит, донимавший меня во время заседания, пропал, И я вместо ресторана поплелся в гостиницу. Тут, оказавшись в тишине и одиночестве, наконец-то окончательно осознал, что произойдет нечто непоправимое. Ужасное. Читать дальше »

Страшнее пожара, наводнения, страшней урагана. Огонь или ветер сметет с лица земли постройки, но место, некогда облюбованное для жилья нашими предками, останется, люди возьмутся за топоры да пилы, и вскоре глаз будет радовать новый аул, еще красивее прежнего. Рукотворное же море навеки скроет от нас не только дома, но и сады, поля, дороже которых для нас ничего нет, место, к которому стремишься, куда бы тебя ни забросила жизненная необходимость. Его попросту не станет, как не стало когда-то Атлантиды.
«Как же,— подумал я,— отнесутся к этой трагической неизбежности люди, которые ныне й не мыслят иного местопребывания, которые даже кратковременную разлуку с аулом расценивают как невозвратную потерю?» Перед глазами возник тысячелетний дуб, распростерший свои могучие ветви над огромной поляной. А вот родничок, утолявший жажду путников, поивший партизан гражданской и Отечественной войн, ставший для нас священным. Главная улица аула, по которой десятки поколений моих односельчан по утрам спешили в поле, прогуливались по вечерам… Бревно, кем-то давным-давно принесенное в центр аула, многие годы служившее скамьей для наших почтенных стариков, местом сбора всех, кому хочется узнать, что делается в мире, в крае, области, в своем собственном ауле… Все, все покроет водная гладь, даже крохотную бахчу Гумзага с камышовым куренем посредине, где было рассказано столько самых разных притч, побасенок, сказаний, что их хватило бы на добрый десяток томов.

Я двинулся

Август 31st, 2011 от admin

Когда все стали расходиться, я направился- за разъяснениями к инженеру.
— На карте, которую вы мне показывали в гостинице,— сказал я, поздоровавшись,— аул Шапсуг не входил в зону затопления. Что случилось, почему вы изменили первоначальный проект? Читать дальше »


Инженер бросил на меня быстрый взгляд, все понял, страдальчески вздохнул и пробормотал:
— Начинается… Рельеф подвел ваш аул, он лежит ниже, чем предполагалось вначале. Рельеф, понимаете?
— А нельзя ли соорудить дамбу? — вдруг осенило меня. — Жители аула возьмутся за это добровольно и бесплатно.
— Вы не понимаете, о чем идет речь,— снисходительно улыбнулся Демон.— Как-нибудь по свободе объясню. Дамбу! — хмыкнул он.— Чтобы спасти ваш Шапсуг от затопления, потребуется окружить его плотиной высотой метров сто или сто двадцать. Рельеф, понимаете? Рельеф!
Я двинулся было к начальству, но, к счастью, своевременно осознал смехотворность своих претензий. Рельеф есть рельеф, его не отменишь никакими постановлениями или указаниями.

С этой надеждой я жил несколько месяцев

Август 31st, 2011 от admin

Привычка…— еще попытался вставить я, но инженер готов был отразить и этот довод, видно, давно уже он набил руку на спорах с отселяемыми. Читать дальше »


И привычки новые появятся, бытие определяет сознание. Раньше каждая семья сидела в своей беседке, теперь устроятся забивать «козла» за длинным столом во дворе — разве не веселее!
«Избави боже от такого веселья наш Шапсуг»,— подумал я, но разубеждать соседа не хотелось; и вскоре мы уснули. Помнится, последней мыслью в тот вечер было радостное, хоть и эгоистическое, сознание, что перемены, зреющие в крае, коснутся моего аула лишь с самой лучшей стороны — к его окраинам придет море!
Утром, пока инженер полоскался под душем, я еще раз ознакомился с картой. Сомнений не было. Шапсуг не входил в число населенных пунктов, подлежащих затоплению. Более того, даже примыкавшая к нему пунктирная штриховка не указывала, как выяснилось, на затопление, она лишь означала, что рельеф этой зоны недостаточно исследован.
С этой надеждой я жил несколько месяцев, пока не столкнулся с демоном-проектировщиком сйова. На этот раз встреча произошла уже в зале заседаний краевого Совета. Инженер докладывал участникам совещания о плане сооружения Кубанского моря—-конкретном плане, к реализации которого край начинал приступать. Прежде всего, отметил он, следовало подготовить базу для переселения, то есть построить новый город. Попутно нужно было провести соответствующую работу в населенных пунктах, подлежащих отселению. Инженер начал перечислять их. Эту часть сообщения слушали с небывалым вниманием. Лично я особых эмоций не испытывал — уж мнё-то было доподлинно известно, что наш аул остается на своем исконном месте. И вдруг услышал совершенно отчетливо:
— Аул Шапсуг…
Меня словно обухом огрели. Перед глазами поплыли круги, трибуна с инженером закачалась, будто заседание шло на океанском лайнере при семибалльном шторме. Сердце бешено заколотилось, лоб мой покрылся обильным потом. Я отправил в рот таблетку валидола.

Разумеется, сад придется разбить новый

Август 31st, 2011 от admin

Я стал осматривать ту часть карты, которая была заштрихована синим карандашом. Сразу же обнаружил свой аул — он вплотную соприкасался с заштрихованной пунктирными линиями территорией: будущее море как бы омывало его окраины. Читать дальше »


Значит, не в зоне затопления! С сердца камень свалился: аул не тронут! Я стал считать станицы и аулы, над которыми нависла смертельная опасность, их оказалось не столь уж много.
— Сколько же человек на этот раз проклянет вас? — обретя спокойствие, повторил я свой вопрос. Чтобы получить достоверную информацию, решил не показывать, что как-то лично заинтересован в этом деле.
— Я бы на месте переселенцев не проклинал, а благословлял инициаторов таких перемен,— опустив мой вопрос, заметил инженер.— Вы, очевидно, не обратили внимания на самое главное — на новый город, который будет построен для выселяемых. За свое хозяйство каждый получит деньги, полную стоимость, а к тому же еще и квартиру на берегу Кубанского моря. Со всеми городскими удобствами и сельскими привилегиями с огородом, садом, сараями и всеми прочими атрибутами приусадебного хозяйства. Не понадобится только одинокое строение за сараем у каждого будет персональный туалет. Стоит ли после всего этого шуметь?
— Насчет сада… — начал было я, но инженер перебил меня.
— Разумеется, сад придется разбить новый. Да ведь и это к лучшему. Видели ли вы когда-нибудь сады на приусадебных участках? Сплошной хаос! Древние яблони, отжившие свой век, сливы, алыча… Каждой семье будет предоставлена возможность насадить у себя лучшие сорта фруктовых деревьев.

И много придется отселять?

Август 31st, 2011 от admin

Выходит, дело движется. Кубанское море приобретает очертания на карте. А там, глядишь, и в натуре объявится, спокойно подумал я, все еще не предполагая, что проект может как-либо коснуться лично меня или моих односельчан.  Читать дальше »


— И много придется отселять? — спросил я.
— Кубань —не Ангара,—вздохнул инженер- тут каждый метр ухожен и обжит. Сады, огороды, бахчи… Опять же не хатки какие попало, а коттеджи, виллы со всеми удобствами. А кладбища… А если учесть, что и казаки и адыги болезненно привержены к своим домам, то легко представить, какая вскоре пойдет катавасия.
— А стоит ли его сооружать, это Кубанское море,— край и так слывет житницей страны? — нечаянно вырвалось у меня.
Это был лишний вопрос.
— Очень вы меня удивили! — воскликнул инженер.— Стране нужен рис, продовольственная проблема без миллиона тонн риса решена не будет, и Кубань — самое подходящее место для его выращивания. Все здесь для этого имеется, нет только большой воды, а рис, как известно, в воде растет. Крупное водохранилище позволит Кубани производить необходимый нам миллион тонн риса в год. Да другим культурам, думается, орошение не повредит. А отселять придется многих —.рельеф местности диктует сво законы.
Рельеф! Вот когда что-то екнуло у меня в груди. Я припомнил, что мой родной Шапсуг расположен на краю какой- то впадины. Рельеф! Неужто?
— Разрешите взглянуть на проект? — вырвалось у меня.
— Пожалуйста, секрета тут никакого нет, вот-вот начнется подготовка к строительству.

А нас, проектировщиков, нельзя понять?

Август 31st, 2011 от admin

Сосед по номеру оказался инженером, ленинградцем. На вопрос, чем он занимается, что привело его с берегов Невы в наш край, инженер ответил с несоответствующей его виду эксцентричностью. Читать дальше »

Поднявшись со стула, воздел руки к люстре и печально продекламировал:
— Я тот, кого никто не любит и все живущее клянет…
Аллегория показалась мне не только надуманной, но и
смешной — ничего демонического в облике инженера не было. В тон ему заметил, что по последнему указанию демоны подпали под сокращение штатов и отныне ему грозит безработица.
— Не все,— столь же печально возразил мой сосед.— Демонов-г-проектировщиков морей сокращение еще не затронуло. Более того, потребность в них с каждым годс?м растет. Но положение наше весьма щекотливо. Разумеется, проектировать искусственные моря — дело важное, даже архи-. важное, но не очень благодарное,— нас, проектировщиков, на все корки честят люди, которые вынуждены расставаться с местами, где провели свое -детство, а порой и долгую жизнь, за пределами которых не мыслят свое существование.
— Вы хоть и демон, но не дух изгнанья,— возразил я.— Духами изгнанья становятся ваши жертвы, и их можно понять.
— Можно, разумеется,— подтвердил инженер.— У иного человека нет ничего, кроме родной хаты, кроме сада, взращенного своими руками. В этом — вся его жизнь. Да, их можно понять. Здорово это изобразил писатель Распутин — в одном журнале напечатано.
На этом месте была сделана многозначительная пауза.
— А нас, проектировщиков, нельзя понять? — вдруг взвился он в порыве гнева.— Мы, выходит, для собственного удовольствия сгоняем людей с насиженных мест? Проектируем водохранилища, чтобы устроить себе удобные пляжи? Так, что ли? — Еще одна пауза.— Мы выполняем государственные задания! А при решении о выселении главную роль играет не наша добрая или злая воля, а рельеф местности. И никакие слезы старухи Дарьи или Анны делу не помогут — жизнь идет вперед!
— Над чем вы сейчас трудитесь? — осведомился я, скорее чтобы успокоить его, нежели из любопытства.
— Над проектом Кубанского моря,— услышал я.

А вечером, возвратившись в гостиницу, увидел на столе ту самую карту

Август 31st, 2011 от admin

И мне подумалось тогда, что именно этим отличается воздух родного дома, родного селения: он насыщен не только ароматами, присущими определенному географическому месту, но и воспоминаниями, которые обладают чудодейственной целебной силой. Читать дальше »

Где бы мы ни находились, как бы далеко ни закинула нас судьбина, душа наша как бы незримыми капиллярами постоянно соединена с родной землей, черпает из нее силу и непримиримость, нежность и настойчивость, воображение и стойкость.
Все эти мысли, а также несокрушимая вера в нечто прочное, вечное, незыблемое — мой единственный, неповторимый родной аул — придали мне жизненных сил, и я, вздохнув, отправился туда, где не скупятся на указания и инструкции: совещание работников культуры.
А вечером, возвратившись в гостиницу, увидел на столе ту самую карту. Карту, которой суждено было сыграть в моей жизни и в жизни всех моих односельчан, всего нашего аула, скажу без преувеличения, историческую роль. Но тогда я еще ничего об этом не зн л, тогда я лишь увидел на столе карту, добрая часть которой была заштрихована синим карандашом. Штриховка в основном состояла из прямых линий, но некоторые участки были заполнены пунктирными. Над картой склонился мужчина выше средней упитанности, средних лет, с небольшой залысиной, одетый по-домашнему. Он сидел за столом в майке и трусах, очень сконфузился при моем появлении, потянулся за брюками, но в спешке чуть было не упал. Я сказал, что он может чувствовать себя как дома, ибо гостиница и есть сейчас наш общий дом. Так мы познакомились.

Хорошо было сидеть в городском саду

Август 31st, 2011 от admin

Но вот огляделся вокруг и сразу почувствовал: нет, не в родных местах нахожусь, ничего не говорят мне эти пестро окрашенные скамьи, бесконечные аллеи, даже гордо вознесшиеся в небо деревья. В родном ауле каждый клочок земли, каждый дом напоминает о чем-то сокровенном, волнующем. Вот, казалось бы, самый обыкновенный забор. Читать дальше »

Соседский забор. Точнее, даже не. забор, а плетень, а еще точнее — остатки плетня, за которым среди яблонь и груш заносчиво кивает ветвями грецкий орех. Когда я приезжаю в аул, мне кажется, будто орех этот, поглядывая на меня, чуток посмеивается — видно, припоминает, как однажды я неловко спрыгнул с его ветвей, завидев деда Темиркана, и -как Темиркан прошелся по моей спине крапивным веником, приговаривая:
— Получай и знай, за что получаешь. Прежде всего за то, что испугался соседа. Еще за то, что считаешь меня живоглотом, способным из-за горсти орехов- потерять человеческий облик. И еще,— оглядев дерево, добавил он,— за то, что с перепугу ветку сломал…
Затем Темиркан велел мне набрать в карманы побольше орехов. А когда «я, порядком обескураженный и сконфуженный, сделал это, он все так же сурово проговорил:
— Приходи в наш сад в любое время, бери все, что тебе вздумается, но ничего не порть, не калечь. И больше не пугайся меня, я не людоед.
Хорошо было сидеть в городском саду, вспоминать мудрого и сердечного деда Темиркана, ощущать во рту терпкий вкус молодого ореха и воображать себя мальчишкой, которому все нипочем.

В таком безмятежном состоянии

Август 31st, 2011 от admin

Воображение рисовало идиллическую картину: в станицу или хуторок прибывают колонны мощных грузовиков, люди переносят свой скарб в машины и через час-другой справляют новоселье в особняке, из окон которого открывается чудесный вид на новенькую набережную, радость бьет через край, осчастливленные колхозники и колхозницы громко благодарят архитекторов и строителей. Читать дальше »


В таком безмятежном состоянии я пребывал до тех пор, пока не познакомился с картой, значительная часть которой была заштрихована синим карандашом. Произошло это в Краснодаре, куда меня вызвали на очередное совещание.
Расскажу, однако, обо всем по порядку. Оставив чемодан в номере гостиницы, отправился На заседание. Было I это весной, в начале мая, когда только начинает цвести акация. Удивительное это время. Пряный, кружащий голову аромат еще едва ощущается. Будто слегка приоткрыли флакон с чудеснейшими духами, но еще не побрызгали его содержимым. Это как предупреждение: начинается пора цветения. Эта пора, пожалуй, даже приятней, чем Само цветение, когда аромат акации становится таким буйным и навязчивым, что заглушает все остальные запахи весны.
Сделав небольшой крюк, заглянул в парк. Здесь запах акации стал ощутимей. Легкий ветерок доносил его волнами, будкГдеревья дышали: вдох — выдох… Присел на скамью, прикрыл глаза от удовольствия, и почудилось мне, будто я в родном ауле. И там сейчас начинает распускаться акация, и там воздух пропитан живительными запахами весны.

Мимолетное упоминание о море

Август 31st, 2011 от admin

Вирам сел, и тут зазвучала мелодия новой песни. Сперва не очень уверенно, потом все тверже, смелее. Стихи читал рослый тракторист Ахмед. Читал пять строк, шестую исполнял весь оркестр. Так было после первой строфы. А после богатства, Кубань будет превращена в крупнейшую в стране базу рисосеяния. Читать дальше »


Мимолетное упоминание о море, которое, возможно, появится на карте Кубани, не то чтобы пролетало мимо ушей — такие факты не проходят мимо сознания,— но, честно говоря, особых эмоций не вызывало, не задевало, как говорится, за живое. Впечатляла цифра, которая при этом называлась: Кубань будет давать стране более миллиона тонн риса в год! Это радовало. Конечно, думалось, хорошо, если плодородный чернозем края будет вдоволь напоен — урожаи перестанут зависеть от капризов погоды.
Не подумайте, будто я по наивности считал, что будущее море разольется по пустующим оврагам и балкам, зальет лишь земли, расположенные вокруг населенных пунктов. Я понимал, что крупное водохранилище — не канал, который может вилять из стороны в сторону. Представлял, что на дне его окажутся какие-нибудь населенные пункты, этого, разумеется, никак не избежать. Но… ведь их заблаговременно подготовят к эвакуации! Многих людей это даже обрадует— они получат новые, благоустроенные дома в чудесном городе, который будет создан на берегу того же моря.

« Предыдущие статьи

RSS Feed